Матримониальные планы черногорских сестер
Дата 13 апреля 2007.
Динара Грачева
Она долго смотрела в окно. Высокие горы, любимые деревья, родной морской ветер – неужели со всем этим вскоре придется проститься? Рожденная в патриархальной, но свободолюбивой стране, Милица не могла смириться с тем, что скоро нужно будет бросить край, где она была рождена и провела свои самые беззаботные годы.
Причина всему этому – слабость ее отца к русским и всему русскому. Король Черногории Никола I, продолжатель правящего царского рода семьи Негошей, давно лелеял мечту сблизиться с русским престолом. Собственно, взаимные визиты обеих сторон уже были совершены не один раз. Теперь настал черед для следующего этапа: образование молоденьких дочерей короля, Милицы и Анастасии (или Станы, как ее окрестили на родине), в России. Отец отправил их в Петербург на обучение в Смольном институте благородных девиц. Две статные брюнетки моментально приковали к себе внимание русского царского двора. Особые надежды Черногория связывала с Милицей, которая с самого детства проявляла смекалку и острый ум.
Впрочем, вскоре это начало подтверждаться событиями, связавшими Россию и Черногорию навеки: в 1889 году (во время правления Александра III) один за другим последовали законные бракосочетания. Петр Николаевич, внук русского царя Николая Первого, взял себе в жены Милицу, а герцог Георгий Максимилианович Лейхтенбергский стал мужем Станы. Никола I торжествовал: план соединения кровным родством правящей верхушки самого большого государства на свете, кажется, приближался к тому, чтобы стать блестяще выполненным. Поговаривают о том, что черногорский король, очень хотел, чтобы дочери навсегда остались в Зимнем дворце как его тайные агенты - ради целей «балканской политики». В кулуарах также постоянно говорилось о том, что Милица вышла за никудышного Петра Николаевича, а Стану еле-еле «окрутили» с герцогом Лейхтенбергским (от этого брака родилось двое детей), который, в итоге, сбежал от нее в Париж.
Анемичный и болезненный Петр Николаевич просто не мог подчинить себе властную и умную женщину. Неудивительно, что русский князь стал обычным слабовольным подкаблучником. Туберкулез легких отнимал у него много сил и не позволял бороться с горячей балканской женщиной. Он бросил службу в лейб-гвардии Уланского полка, которая его тяготила, и начал заниматься архитектурой. Петр был исключительно религиозен и первый из дома Романовых выбрал себе в супруги православную - Милицу Николаевну, княжну Черногорскую. Петр Николаевич был застенчивым и молчаливым человеком, и разговоры за семейным столом приходилось поддерживать его супруге. Даже рождение четверых детей не встряхнуло семейной атмосферы дома.
О Милице слагали легенды. Черногорская княжна обладала незаурядным характером и природным магнетизмом — что потом позволило недоброжелателям говорить о ее “дьявольском” характере. Дьявольщина здесь, разумеется, ни при чем, просто южная кровь в сопоставлении с холодной петербургской казалась для русских взрывоопасной. Но нет дыма без огня. Муж довольно быстро уставал от неуемной жены, которой приходилось подыскивать себе развлечения “на стороне”. И дело было отнюдь не в близости: дамы из рода Негушей считали моветоном искать любовных приключений. Южная кровь молодой девушки бурлила, а, будучи, скованной жеманным царским окружением и нахождением вдали от родных гор, ей хотелось как-то найти выплеск своей накопившейся энергии. Неудивительно, что мистика, гулявшая в крови черногорки, соприкоснувшись с особым магнетизмом нашей страны, и в особенности с Петербургом, сделала свое дело: Милица с головой ушла в оккультизм.
Стана, в свою очередь, была точной копией своей сестры. Правда, особого спокойствия, которое царило в семье сестры из-за пассивного характера Петра, ей не удалось испытать. Стана досталась мужчине, который уже побывал в другом браке, был сильно искушен женщинами, и «хитрые женские штучки» жены не попадали в цель. Несмотря на двоих детей, этот брак закончился разводом.
Княжна не вернулась домой. Взор вновь свободной женщины упал на все еще неженатого Николая, брата Петра Николаевича. Несмотря на то, что князь было далеко не молод, у него был громкий голос, властный характер и внушительная фигура. Это был тип мужчины, который в глазах черногорок играл весомую роль. Есть данные о том, что черногорки заранее подкупали тогдашнюю «желтую» прессу, подогревая в обывательских кругах почти небывалую популярность великого князя как полководца. Хотя, вся Россия и так считала его весьма компетентным военачальником. Снова все стало разыгрываться по плану семьи Негошей. В 1907 году в Ялте Стана и Николай Николаевич-младший обвенчались. Теперь два брата и две сестры были неразлучны.
Играя заметную роль в тогдашнем великосветском мире Петербурга, они организовали собственный мистический салон. Усадьба Знаменка под Петербургом, где Милица и Петр проводили каждое лето, всегда была полна разными странниками, знахарями, монахами, юродивыми. Среди них немало попадалось людей темных и подозрительных, которых не пустил бы на порог своего дома всякий мало-мальски культурный человек. В салоне же «княгинь-черногорок» они всегда были желанными гостями.
Обе сестры в те годы были очень дружны с государыней Александрой Федоровной. Вместо вежливо-холодного общения, которое было принято в царских кругах, черногорки всегда проявляли особую заботу. Когда государыня заболела желудочной болезнью - они ухаживали за ней, как за собственной матерью. И любые их идеи всегда находили свое решающее одобрение у Александры Федоровны.
Именно черногорские сестры впервые ввели в царскую семью в 1905 году одну из самых загадочных и роковых фигур в истории предреволюционной России - Григория Распутина. Есть запись в дневнике Николая II: «Пили чай с Милицей и Станой. Познакомились с человеком Божьим – Григорием из Тобольской губернии».
Черногорки, по всей видимости, сильно расхвалили царю якобы имевшийся у Распутина дар предсказаний и его способности врачевателя. Причем расхваливали они его не день и не два. Спустя год после встречи Николая с Распутиным, в дневнике императора снова появилась запись о том, что приходили сестры и все время рассказывали о Григории. Примечательно, что вскоре после того, как опеку Григория взяла на себя императрица Александра Федоровна, именно Милица и Стана оказались наиболее непримиримыми врагами Распутина. Что заставило их круто изменить свою тактику? В любом случае, на почве вражды вокруг Распутина, произошел полный разрыв между царственной семьей и черногорскими родственницами. Бытует версия о том, что черногорские княгини слишком мечтали о сильном влиянии на царя и его окружение и поэтому не потерпели бы при императоре соперника. Что же, вполне характерно для властной балканской женщины.
Вскоре в стране произошел переворот и в 1919 году Милица и Стана со своими семьями уплыли из Крыма в Константинополь на борту английского крейсера «Мальборо». Стана покинула земной мир на Антибе в 1935 году, спустя несколько лет после кончины мужа и шурина. Милица пережила всех и умерла в египетской Александрии в 1951 году.
Комментарии
